– Видите ли, дело в том, – сказал, запинаясь, Пек и снова потеребил свой нос, – что кто-то забрался в нашу лавку.

– Когда это произошло?

– На прошлой неделе.

– Так почему же вы выжидали столько времени, прежде чем решили обратиться к нам?

– Да мы решили было и совсем к вам не обращаться, потому что этот парень, который забрался к нам, унес не так-то уж и много, понимаете? Оборудование подобного рода обычно бывает довольно тяжелым, поэтому не каждый человек сможет вот так запросто взять да и утащить всю партию. Во всяком случае, он взял у нас очень немного, и поэтому мы с партнером решили просто наплевать и забыть об этом случае.

– А что же заставило вас все-таки обратиться к нам?

– А он повторил свой рейс. Этот вор, грабитель, жулик или как там его еще назвать.

– Он вернулся?

– Вот именно.

– И когда?

– Прошлой ночью.

– И на этот раз он унес много оборудования, правильно?

– Нет, что вы! На этот раз он взял даже меньше, чем в прошлый.

– Погодите, минутку. Мистер Пек, давайте начнем все с самого начала. Не хотите ли воспользоваться салфеточкой, мистер Пек?

– Салфеточкой? – удивленно спросил Пек. – А зачем мне салфеточка? – и он снова потеребил нос.

Мейер терпеливо вздохнул. Из всех детективов 87-го участка Мейер был, пожалуй, самым терпеливым. Однако терпение это было отнюдь не врожденным его достоинством, не наследственным качеством. Во всяком случае, родители Мейера скорее проявляли склонность к импульсивным действиям. В качестве примера можно было бы привести даже само появление на свет Мейера Мейера. Дело, видите ли, в том, что он был, если можно так выразиться, ребенком, призванным изменить монотонное течение семейной жизни. Если обычно известие о приближающемся пополнении семьи наполняет сердца будущих родителей чувством безмерной радости, то чувства, которые испытал Макс Мейер, узнав что ему в который раз предстоит стать отцом, были совсем другого свойства.